Мейр Шиэн живет в тихом уголке Пенсильвании. Ее работа — расследовать преступления. Сейчас на ее столе лежит дело об убийстве. Каждый день приносит новые улики, вопросы без ответов. Городок спокоен снаружи, но под поверхностью кипят старые тайны.
А дома — тишина. Такая громкая, что звенит в ушах. Телефон молчит. Фотографии в рамке кажутся чужими. Иногда по вечерам она смотрит в окно, думая не о деле, а о разговорах, которые не состоялись. Обещаниях, которые рассыпались, как песок.
Расследование движется шаг за шагом. Опросы свидетелей, осмотры мест, отчеты. Но мысли возвращаются к пустому дому, к тикающим часам в прихожей. Она пытается разделить работу и жизнь. Но границы стираются. Вопросы из дела смешиваются с вопросами, на которые у нее нет ответов.
Городок наблюдает. Люди здороваются, но в их глазах — любопытство. Все знают друг о друге. И все видят, что детектив Шиэн теперь всегда одна. Она идет по улице, и кажется, будто тень следует за ней не только от фонарей.
Дело требует внимания. Каждая деталь может быть ключом. Она вчитывается в записи, проверяет алиби, ищет противоречия. Рутина успокаивает. Пока она детектив, все имеет смысл. Есть порядок, процедура, цель.
Но когда рабочий день заканчивается, порядок исчезает. Стены дома будто сдвигаются. Тишина становится невыносимой. Она включает радио просто для фона. Голоса дикторов заполняют пустоту, но не ту, что внутри.
Убийство в маленьком городке — это как камень, брошенный в пруд. Круги расходятся, затрагивая всех. Мейр задает вопросы, и в ответ иногда видит не страх перед преступником, а жалость к себе. Это ранит больше, чем она готова признать.
Ночь за ночью она сидит за столом, раскладывая фотографии с места преступления. Лицо жертвы, карта местности, распечатки звонков. А потом взгляд падает на экран телефона. Ни новых сообщений, ни пропущенных вызовов. Просто черный экран.
Расследование медленно продвигается вперед. Появляются зацепки, версии. Она ловит себя на том, что думает о мотивах, о темных сторонах человеческой души. И понимает, что ее собственная жизнь сейчас — тоже своего рода расследование. Поиск ответов на то, как все развалилось. И почему она не заметила первых трещин.
